Подключить мозг к ИИ без операции: реальность проекта OpenAI и конспирологические мифы

Фото: Пресс-служба МАИ / Личный архив

Основатель OpenAI Сэм Альтман инвестировал в стартап, связанный с разработкой технологии беспроводного подключения нейросетей к мозгу человека с помощью ультразвука, без хирургического вмешательства. Суть метода в том, чтобы использовать сфокусированные ультразвуковые волны для безопасного проникновения через череп и воздействия на определённые нейронные структуры — либо для их стимуляции, либо для считывания активности. Эта новость породила волну обсуждений: от восторгов по поводу нового этапа эволюции человека до конспирологических теорий о тотальном контроле над сознанием. Насколько реален такой проект, как он может быть реализован и к чему приведёт? Разбирался в фактах и вымыслах научный сотрудник института № 8 «Компьютерные науки и прикладная математика» Московского авиационного института, эксперт в области искусственного интеллекта Юрий Чайников.

Целесообразность и горизонты прогноза

С точки зрения технологий, по мнению эксперта МАИ, проект выглядит логичным продолжением развития глобальной экосистемы, связанной с искусственным интеллектом. Если сегодня ИИ общается с нами через текст и изображения, то в будущем прямой канал связи с мозгом может стать естественным расширением для усиления человеческого мышления.

— Вполне логично, что компания, создающая инструменты для усиления мышления, стремится максимально полно подключиться к мозгу человека, чтобы получать и передавать информацию напрямую, — считает Юрий Чайников.

Что касается технической реализации, согласно оценке эксперта МАИ, ультразвуковой метод может оказаться менее точным, чем вживление в ткань мозга чипов. Однако он потенциально может снимать сопоставимые объёмы данных. Главное преимущество стартапа в данном случае — неинвазивность, что значительно снижает порог входа для пользователя и может ускорить коммерциализацию.

— Характерное время доводки такой технологии от идеи до массового внедрения — считанные годы. Учитывая её неинвазивность, предполагаю, что это займёт до пяти лет. Впрочем, проблема может быть не в технологической проработке, а в том, насколько общество готово принять такое новшество. И если готовность низкая, срок распространения в массах может затянуться, —  делится мнением Юрий Чайников.

Делая прогнозы, эксперт опирается на опыт последних лет. Так, например, ещё три года назад трудно было представить нынешние возможности больших языковых моделей. По этой же причине строить предположения на 10–15 лет вперёд бессмысленно — реальность почти наверняка окажется иной. Но тренд на всё большую интеграцию человека с цифровыми сервисами, по мнению специалиста, очевиден.

Контроль: «теория заговора»?

Новость о неоднозначном эксперименте породила у части общества предположения о скрытом плане, целью которого может стать тотальный контроль над людьми. Эксперт из МАИ считает такую трактовку надуманной.

— Сэм Альтман, как многие инвесторы, диверсифицирует активы, в том числе ставя на рискованные эксперименты. При его капитале так и нужно делать. В этом нет ничего удивительного, — разъясняет Юрий Чайников.

Таким образом, по оценке специалиста Московского авиационного института, личное участие основателя OpenAI в реализации продукта — это стандартная практика венчурного инвестирования в высокорисковые и прорывные направления. 

Более интересный вопрос, который поднимает эта история, — будущее влияние подобных технологий на когнитивные способности человека, уверен Юрий Чайников.

— Часть людей, деятельная, будет использовать новую технологию как инструмент, усиливающий интеллект и волю. Но в массовом масштабе люди будут меньше думать сами, всё больше полагаясь на то, как за них думают языковые модели,  — прогнозирует он.

Итогом развития направления, полагает Юрий Чайников, станет не тотальный контроль, а очередное технологическое расслоение общества — на тех, кто использует нейроинтерфейсы для самосовершенствования, и тех, для кого процесс будет обратным.