Стаж не гарантирует квалификацию: какие инженеры нужны высокотехнологичной промышленности

Фото: Chat GPT

Инженерная профессия начинается с желания добраться до сути: понять не только, как работает устройство, но и почему оно устроено именно так, где находится предел его возможностей и что произойдёт, если изменить один из элементов. Эту глубину нельзя заменить быстрым освоением программы, набором готовых шаблонов или формальным количеством лет, проведённых на одном рабочем месте.

Именно необходимость постоянно углублять знания превращает время, проведённое в профессии, в настоящий опыт. Человек может проработать в профессии десятилетие, но так и не столкнуться с задачей, которая потребовала бы от него нового знания. А может за несколько лет пройти путь от исполнителя до специалиста, способного принимать решения за целую систему. Сам по себе стаж ничего не гарантирует. Как говорит директор института № 14 «Передовая инженерная школа» Московского авиационного института Николай Иванов, если человек не повышал квалификацию, то у него не десять лет опыта, а один год, повторённый десять раз.

В разрыве между формальным стажем и способностью решать новые задачи состоит один из главных кадровых конфликтов современной промышленности. Предприятиям не просто не хватает людей с инженерными дипломами. Им нужны расчётчики, конструкторы, технологи и испытатели, которые уже умеют решать сложные задачи, понимают последствия собственных решений и способны работать внутри больших междисциплинарных проектов. Подготовить такого специалиста за несколько месяцев невозможно.

О том, почему технические знания становятся лишь обязательным минимумом, какие качества отделят инженера будущего от рядового исполнителя и можно ли войти в высокотехнологичную отрасль после десяти лет другой карьеры, Николай Иванов рассказал в рамках проекта «Как это работает?», реализуемого при поддержке Министерства науки и высшего образования Российской Федерации в рамках Десятилетия науки и технологий.

Дефицит начинается задолго до вакансии

О нехватке инженерных кадров обычно говорят так, словно она возникает внезапно: предприятие открывает новое производство, размещает вакансии и обнаруживает, что подходящих кандидатов недостаточно. На самом деле вакансия не создаёт проблему, а лишь делает заметным разрыв между скоростью внедрения технологий и временем, необходимым для подготовки специалиста.

Обучение в университете даёт фундамент, но профессиональная зрелость формируется позже — во время проектирования, испытаний, анализа ошибок и работы рядом с более опытными специалистами. Человеку необходимо увидеть, как расчёт сталкивается с производственными ограничениями, почему решение, убедительное на экране, может не работать в металле и к каким последствиям приводит ошибка, допущенная на раннем этапе проекта.

— Когда мы говорим о дефиците, речь идёт в первую очередь о квалифицированных специалистах. Для подготовки человека в сложной технической области требуется много времени. В этой ситуации правильнее спрашивать не только, кого не хватает предприятиям сегодня, но и что необходимо сделать сейчас, чтобы кадрового дефицита не возникло завтра и послезавтра, — отмечает Николай Иванов.

Такая временная дистанция требует от образовательной системы смотреть дальше уже открытых вакансий и учитывать технологии, которые только выходят из лабораторий и готовятся к внедрению. Особенно хорошо эту зависимость показывают два направления.

Говоря о подготовке специалистов для новых производственных технологий, Николай Иванов приводит в пример аддитивное производство металлических деталей. Сегодня это направление развивается, становится экономически оправданным для всё большего числа задач и постепенно входит в реальные производственные процессы. Вместе с распространением технологии растёт запрос на специалистов, способных правильно спроектировать изделие под печать, подобрать режимы, провести последующую обработку и подтвердить качество результата.

Подобный риск существует и в новой электроэнергетике. Отрасли нужны люди, умеющие проектировать современные электрические двигатели, генераторы и силовые установки с учётом новых материалов, производственных технологий и способов охлаждения. Здесь кадровая задача связана не только с количеством выпускников, но и с тем, насколько их подготовка соответствует новым сочетаниям материалов, технологий и методов проектирования.

Справка. Почему одного оборудования недостаточно

Современный производственный комплекс можно приобрести и установить за сравнительно короткое время. Гораздо сложнее сформировать команду, которая понимает физику процесса, умеет проектировать изделия под конкретную технологию, контролировать результат и изменять производственный режим при появлении дефектов.

Кадровый разрыв нередко становится заметен уже после появления оборудования: техническая возможность существует, но использовать её в полной мере некому. Эффективность технологических инвестиций зависит не только от характеристик оборудования, но и от готовности команды с ним работать.

Своевременно начать подготовку — лишь первая часть решения. Не менее важно определить, какие знания и навыки должны стать её основой.

Технические знания — обязательный минимум

Разговор о гибких навыках (soft skills) иногда создаёт опасное впечатление, будто фундаментальная подготовка постепенно теряет значение. Николай Иванов подчёркивает обратное: качественные технические знания остаются условием входа в профессию. Без них обсуждать дальнейшее развитие инженера бессмысленно.

Будущий специалист по электроэнергетике должен знать не только общий курс физики, но и понимать физико-технические основы оборудования: на каких законах построены двигатель, генератор или преобразователь и какие ограничения следуют из этих законов. В авиастроении такую же роль играют аэродинамика и прочность. Они позволяют видеть за трёхмерной моделью реальные нагрузки, движение воздуха и поведение конструкции.

К фундаменту добавляются прикладные навыки: конструирование, выбор материалов, программирование, математическое моделирование и работа с современными инженерными инструментами. Однако ценность этих инструментов появляется только тогда, когда человек понимает задачу, которую с их помощью решает.

— Через 10–15 лет инженер по-прежнему должен быть высококвалифицированным с технической точки зрения. Ему необходимы и фундаментальные основы, и прикладные знания. Без качественной профессиональной подготовки дальше даже говорить не о чем, — считает Николай Иванов.

Искусственный интеллект не отменяет это требование. Он способен ускорить расчёты, обработать массив данных, предложить программный код или помочь сравнить варианты конструкции. Но инструмент не определяет самостоятельно, какие физические явления необходимо учесть, какой результат является безопасным и почему формально оптимальное решение может оказаться непригодным для эксплуатации.

По мере развития таких инструментов в будущем будет снижаться ценность не программиста вообще, а специалиста, работа которого ограничивается механическим написанием кода. Гораздо востребованнее окажется человек, который одновременно владеет цифровыми инструментами и понимает предметную область: может программировать микроконтроллеры для элементов системы управления летательным аппаратом, решать оптимизационные задачи при проектировании или создавать машинное зрение для мониторинга территории.

Инженеру не нужно соревноваться с искусственным интеллектом в скорости выполнения типовой операции. Его преимущество находится глубже — в способности поставить правильную задачу, связать цифровой результат с физической системой и принять ответственность за последствия в реальности. Отсюда возникает задача для образования: дать студенту не максимальный набор разрозненных знаний, а систему, которая поможет осмысленно осваивать новые инструменты.

Как вместить будущее в учебную программу

Решить эту задачу непросто, поскольку объём необходимых знаний постоянно растёт. К фундаментальным и специальным дисциплинам добавляются программирование, искусственный интеллект, цифровое моделирование, новые материалы и современные производственные технологии.

Попытка включить в программу всё сразу может привести к противоположному результату: студент получит множество разрозненных сведений, но не научится применять их в настоящем проекте. Университету приходится искать баланс между фундаментальным и прикладным, теорией и практикой, пониманием принципов и освоением конкретных инструментов.

— Нельзя превращать образование во «впихивание» знаний, которые когда-нибудь могут пригодиться. Студенты должны понимать, что и как применять на практике, и успеть сделать это ещё во время обучения. Сохранить проектную составляющую при постоянно растущем объёме материала — одна из самых сложных задач сегодняшнего инженерного образования, — говорит Николай Иванов.

Проектная работа связывает отдельные дисциплины в единую систему. Во время создания электрического двигателя студенту приходится одновременно обращаться к физике, математике, материаловедению, конструированию и программированию. Он видит не набор учебных предметов, а цепочку решений, от каждого из которых зависит конечный результат.

Такой подход лежит в основе программ Передовой инженерной школы МАИ. Например, на программе «Интеллектуальные электроэнергетические комплексы транспортных систем» студенты проектируют электрические машины, электроприводы и силовую электронику, осваивают моделирование, микропроцессорную технику и работу в CAE-системах — программных комплексах для инженерных расчётов и моделирования. Проектная деятельность проходит в лабораториях и связана с реальными транспортными установками.

Другая программа обучения — «Комплексное проектирование сложных технических систем» — готовит специалистов, способных рассматривать весь жизненный цикл высокотехнологичного изделия: от первоначальной концепции до производства, эксплуатации и утилизации. Здесь инженер учится не просто совершенствовать отдельный узел, а понимать, как его решение повлияет на всю систему. Такое системное мышление становится особенно важным, когда над одним изделием одновременно работают специалисты разных профилей.

Инженер больше не работает в одиночку

Образ изобретателя, который запирается в мастерской и самостоятельно создаёт готовое устройство, всё меньше соответствует современной промышленности. Электрическая силовая установка, летательный аппарат или автоматизированный производственный комплекс объединяют десятки направлений. Даже очень сильный специалист не способен одинаково глубоко разбираться во всех них.

Инженер будущего будет работать внутри междисциплинарной команды. Ему придётся объяснять свои решения людям с другой профессиональной подготовкой, понимать ограничения смежных систем и договариваться о компромиссах. Идеальный двигатель не поможет проекту, если его невозможно изготовить, встроить в конструкцию или произвести с приемлемыми затратами.

Для работы в такой команде к технической квалификации добавляются коммуникация, управление проектами и способность брать на себя ответственность. Эти качества не заменяют профессиональные знания, а позволяют ими воспользоваться в большом проекте.

— Важны инициативность, вовлечённость и готовность отвечать за принятые решения. Современные проекты сложны, в них всегда присутствует значительная неопределённость. Инженеру нужно уметь работать с ощущением, когда ещё неясно, за что взяться и с чего начать, — подчёркивает Николай Иванов.

Высококвалифицированные расчётчики, конструкторы, технологи и испытатели остаются особенно ценными для предприятий. Не менее востребованы руководители лабораторий и проектов, которые сохраняют техническую глубину и одновременно видят всю картину: умеют собрать команду, определить последовательность работ, заметить риск и принять решение при недостатке информации.

Такому руководителю не обязательно лучше всех выполнять каждую отдельную операцию. Его задача — объединять знания и работу участников: согласовывать решения, выявлять противоречия между ними и добиваться того, чтобы отдельные части складывались в работоспособную систему. Некоторые необходимые для этого навыки человек может принести из другой профессиональной области — и именно здесь возникает вопрос о смене инженерной специализации.

Можно ли стать инженером после десяти лет другой жизни

Представление о том, что профессию выбирают один раз сразу после школы, постепенно уходит. Люди меняют отрасли, возвращаются к образованию и начинают осваивать специальность уже после нескольких лет работы. Николай Иванов относится к такой смене положительно.

Первоначальный выбор мог быть случайным или сделанным под влиянием родителей. Кроме того, сама профессиональная среда меняется: инженер-электронщик может углубиться в электроэнергетику, авиастроитель — перейти к проектированию силовых установок, а программист — начать заниматься системами управления техническими объектами.

Предыдущий опыт при этом не обязательно обнуляется. Менеджерские навыки могут пригодиться в руководстве инженерным проектом, программирование — в создании транспортных систем, а знание производства — при разработке новой технологии. Но переход состоится только в том случае, если человек готов освоить фундаментальные основы новой специальности и получить практический опыт, решая реальные задачи в этой области.

Николай Иванов подчёркивает: смена профессии не отменяет необходимости постоянно повышать квалификацию — как в новой, так и в прежней области. В противном случае формальный стаж перестаёт отражать профессиональный рост.

— Менять направление совершенно нормально. Сегодня для этого существует множество возможностей и инструментов. Но нельзя рассчитывать, что человек немного поучится в смежной области и сразу станет там сильным специалистом. Если за десять лет он не повышал квалификацию, то у него не десять лет опыта, а один год опыта, повторённый десять раз, — говорит Николай Иванов.

Эта формула относится не только к тем, кто меняет профессию. Инженерная квалификация начинает устаревать в тот момент, когда человек перестаёт задавать вопросы, искать новые решения и проверять привычные подходы. Даже внутри одной специальности технологии, оборудование и требования меняются достаточно быстро, чтобы обучение стало частью всей профессиональной жизни.

Какие специалисты будут нужны предприятиям

Единого универсального портрета идеального сотрудника не будет. По-прежнему будут востребованы специалисты, глубоко погружённые в конкретную область: расчётчики, конструкторы, технологи, испытатели, разработчики электрических машин, программисты систем управления и инженеры по новым производственным процессам.

Но взаимодействие между ними будет становиться всё теснее. Конструктору придётся учитывать возможности технологии, технологу — понимать замысел конструктора, программисту — разбираться в физике управляемого объекта, а испытателю — видеть, какое изменение необходимо внести в расчёт или производство.

Главными критериями станут не количество освоенных программ и не формальный стаж, а способность дойти до сути задачи, сохранить профессиональную глубину и не замыкаться внутри своей специальности. Именно таких людей будут искать высокотехнологичные предприятия. Таким специалистам понадобятся руки, чтобы проверить идею в материале, голова, чтобы понять сложную систему, и характер, чтобы не отступить перед неопределённостью и принять ответственность за результат.

Оборудование, технологии и люди необходимы. Без современной исследовательской и производственной базы даже сильная команда останется ограничена в возможностях. Но именно человек определяет, какое оборудование создавать и как его использовать, какую технологию развивать и для решения какой общественной задачи она будет применена.

— Как говорит наш профессор, которому в этом году исполнилось 95 лет, квалифицированный инженер должен быть не только высококлассным специалистом, но и хорошим человеком. Поэтому задача образования — не только передавать технические знания, но и развивать личность. Важно учить студентов быть сознательными людьми, потому что от них зависит не только научно-техническое развитие, но и развитие общества в целом, — заключает Николай Иванов.